Смешанные браки в казахстане – Эксперты подсчитали количество межэтнических браков в Казахстане

Содержание

Эксперты подсчитали количество межэтнических браков в Казахстане

Межнациональные браки в Казахстане – тема давняя. В былые времена нашу республику даже называли “лабораторией дружбы народов”. Сохранилось ли это явление по сию пору, какие формы приобрело, какие плюсы и минусы в себе таит?

Далеко за примерами ходить не пришлось. Проведя даже поверхностный опрос среди своих знакомых, я пришла к выводу: почти 80 процентов моего окружения – люди, либо родившиеся в смешанном браке, либо живущие в таковом.

К примеру, 50-летняя казашка Саида вышла замуж за русского в советское время и родила дочь Дарию, которая сегодня идентифицирует себя с казахским этносом. Это неудивительно – супруги давно разошлись, и дочь воспитывалась исключительно матерью, в казахской среде.

30-летняя Ирина, родившаяся от мамы-украинки и папы-корейца, больше идентифицирует себя с русской культурой и языком, поскольку в семье говорили только на русском, с родственниками-корейцами мало общалась.

Пара средних лет – Руслан (татарин) и Габия (литовка) родились и выросли в Казахстане. Оба идентифицируют себя с русской культурой и говорят исключительно на русском языке. Сын по паспорту – татарин, однако отец отдает себе отчет, что идентичность у него тоже скорее русская, чем татарская или литовская.

Светлана и Диас родились и выросли уже в суверенном Казахстане. Знакомы с детства и поженились несколько лет назад. Две их большие семьи одинаково празднуют как казахские праздники, так и русские.

Часто встречаются смешанные браки среди казахов и корейцев, корейцев и русских, русских и татар, казахов и уйгур. И в каждой конкретной ситуации отдельная семья сама определяется с выбором: на каком языке им говорить, с кем себя соотносить и к какой национальности отнесут себя их дети?

Кандидат исторических наук, демограф Сауле Уалиева из Усть-Каменогорска, один из ведущих специалистов по межнациональным бракам, проследила их динамику.

В Казахстане межэтнические браки в советский период, по данным переписи 1970 года, составляли 20,6 процента, в 1979 году – 21,5 процента, в 1989 году – 23,9 процента. Начиная с 1999 по 2005 год – удельный вес межэтнических браков снизился с 21,4 до 18,8 процента

"В Казахстане межэтнические браки в советский период, по данным переписи 1970 года, составляли 20,6 процента, в 1979 году – 21,5 процента, в 1989 году – 23,9 процента. Начиная с 1999 по 2005 год – удельный вес межэтнических браков снизился с 21,4 до 18,8 процента", - говорит она.

В 2009-м удельный вес межэтнических браков в общем числе браков составил 18,1 процента, в 2010-м – 17,5 процента, в 2012-м – 16,2 процента.

Есть исследования, работы, в которых указывается: чаще всего в межнациональные браки вступают представители русской, украинской, белорусской, татарской и немецкой национальностей. Если посмотреть на титульный этнос, то в советское время чаще всего в смешанные браки вступали мужчины, нежели женщины. Объяснялось это тем, что в казахских семьях традиционно считается, что дочь, выходящая замуж за представителя другой нации, фактически уходит из этноса, тогда как сын приводит невестку в семью, какой национальности она бы ни была.

Но и тут происходят изменения. Если в 1999 году замуж за представителей других национальностей выходили 8,4 процента казашек, то в 2009-м – уже 16,4 процента.

По мнению Сауле Уалиевой, за последние двадцать лет изменилась сама конъюнктура брачного рынка: теперь брак с титульным этносом стал выступать плюсом для второй половины.

"Девушки-казашки стали пользоваться популярностью у иностранцев и выходить замуж за женихов из Турции, Китая, США, Европы... В то же время количество браков, заключенных мужчинами-казахами с представительницами других этносов, по-прежнему высоко. Но тут нужно знать нюансы статистики: по данным переписи и РАГСов, многие из женихов сами воспитывались в смешанных семьях и зачастую записывались казахами по отцу, хотя по самоидентификации являются больше русскими...", - отмечает Сауле Уалиева.

По словам Аиды Усиновой, руководителя отдела РАГС Алмалинского района Алматы, почти каждый десятый брак – межэтнический.

"В прошлом году у нас в районе было зарегистрировано 2 613 браков, 220 из них были международные. Чаще всего вступают в брак с гражданами Казахстана представители Турции и Узбекистана. Тенденция заключения браков такова: если говорили раньше, что женщина ищет “счастливый случай”, выходя замуж за границу, то сейчас граждане и Турции, и Узбекистана, если и оформляют брак, то ищут плюс для себя. Потому что в нашей стране при этом идет ускоренное оформление гражданства", - отмечает она.

По мнению Сауле Уалиевой, одной из главных проблем в смешанных браках является самоидентификация детей. Кем записать себя в графе “Национальность”? Кем себя ощущать? Как при этом не обидеть ни отца, ни мать, ни их родных и близких и в то же время не забыть о себе?

Впрочем, если все эти вопросы не находят ответа, то сегодня в суверенном Казахстане в пятой графе можно смело ставить прочерк.

По словам Сауле Уалиевой, в многонациональной Америке своеобразно решен вопрос национальной идентичности.

"В США не определяют в документах национальность или этническую принадлежность. При переписи населения американцы могут указать свою национальность – по две с каждой стороны, если родители были смешанного происхождения. В 1993 году в США на конференции о людях, родившихся в смешанных межрасовых браках, был представлен Билль о правах людей со смешанным происхождением, по которому они могут иметь идентичность, отличную от той, что имеют его братья и сестры, более того, менять свою идентичность в течение жизни", - говорит она.

В 1993 году в США был представлен Билль о правах людей со смешанным происхождением, по которому они могут иметь идентичность, отличную от той, что имеют его братья и сестры, более того, менять свою идентичность в течение жизни

Пару лет назад знакомые рассказали историю. У немолодого уже человека из интернациональной семьи скончался отец. Папа был казах, мама – русская. Когда она скончалась, ее похоронили на православном кладбище в Алматы.

Отец велел детям похоронить его рядом с женой. Это вызвало недоумение у казахской родни, но слово отца было законом.

Похожие истории рассказывают и те, кто живет рядом с семьями, где члены семьи исповедуют разные религии.

И это касается не только похорон. Как справлять свадьбу, как называть детей, как их растить и воспитывать? Порой это вызывает ожесточенные споры.

Мы попросили прокомментировать этот довольно щепетильный вопрос пресс-секретаря Алматинской епархии РПЦ в Казахстане Евгения Иванова.

"Брак между лицами разной веры – это более чем неравный брак. Возможно, что в первые месяцы и годы религиозные расхождения будут мало ощущаться. Но чем дальше будет идти время, чем более будут определяться характеры и убеждения супругов, тем труднее им будет осуществлять свое внутреннее единство. Особую проблему составляет религиозное воспитание детей. Эти трудности начинаются в смешанном браке с момента рождения ребенка", - говорит он.

{also_read_block}

Заместитель Верховного муфтия Казахстана Мухаммад-Хусайн-кажы Алсабеков отметил, что в исламе нет принуждения к принятию веры одного из супругов.

Однако мы приветствуем браки неке, совершаемые после официальной регистрации, когда супруги принимают ислам и живут в одной вере.

www.nur.kz

Нарастание численности этнически-смешанных браков в Казахстане неизбежно

Еркин ИШПАНОВ 

Когда у нас начинают говорить о том, что в Казахстане происходило и происходит смешение наций через межнациональные браки, это представляется большой натяжкой.

Если брать прошлое, советское время, следует отметить, что подобное явление имело место в таких республиках, как Украина, Беларусь и Латвия, но не в Казахской ССР. Потому что тогда у нас браки между представителями и представительницами титульного этноса и других народов составляли в общей массе заключавшихся в Казахстане брачных союзов совершенно мизерное количество, тогда как у украинцев, белорусов и латышей доля этнически смешанных браков была очень высока. Русские, составлявшие вторую крупнейшую этническую группу в Украине, Беларуси и Латвии, были уже в то время в значительной мере ассоциированы с обществом тамошних коренных национальностей на уровне семейно-родственных отношений. В Казахстане такой картины не было и в помине. Здесь вплоть до недавнего времени две главные этнические группы - казахская и русско-славянская общины - жили достаточно обособленно. Да, в позднюю советскую эпоху в Казахстане каждый пятый брак был этнически смешанным, и по этому показателю республика уступала только Латвии, где каждый четвертый брачный союз являлся, так сказать, интернациональным. Это - правда. Но правда и то, что в Казахстане большая доля межэтнических браков имела мало отношения к практике создания семей казахами и, особенно, казашками. Такой высокий показатель получался за счет часто заключающихся брачных союзов между русскими, украинцами, немцами, татарами и белорусами.

И сейчас такая картина в целом сохраняется. К примеру, в первой половине 2005 года, по данным Агентства РК по статистике, “в межнациональных браках родилось 10,5% новорожденных, среди них превалируют такие национальности как белорусы, немцы, украинцы и татары”. То есть достаточно высокий показатель этнически смешанных семей по-прежнему дают представители все тех же народов, хотя их численная доля в составе населения Казахстана за последние полтора десятилетия значительно сократилась. То есть в том, что касается межэтнических браков, в Казахстане прежняя тенденция сохраняется. Но наряду с ней, по всей видимости, исподволь набирает ход другая тенденция. Имеется в виду браки казашек с не казахами. Это - единственно новое явление в сфере института брака и семьи в Казахстане. Однако, с другой стороны, в такой стране, где уже многие десятилетия бок о бок с коренным населением живут другие многочисленные этнические группы, смешение до тех или иных пределов должно быть неизбежно. Казахи-мужчины и ранее нередко создавали браки с представительницами русско-славянской общины Казахстана.

А вот браки казашек с не казахами — это явление достаточно новое. Разумеется, казахские девушки и раньше, бывало, выходили замуж за не казахов. Но это были крайне редкие случаи. Особенно, если говорить о браках с людьми другой культуры, религии и расы.

В этом смысле казахское общество до сравнительно недавнего времени оставалось консервативным. То есть женитьба казаха, особенно образованного, на девушке или женщине неказахского происхождения воспринималась достаточно спокойно еще с дореволюционных времен.

Достаточно вспомнить лидера “Алашорды” Алихана Букейханова и его главного идеолога Ахмета Байтурсынова. С их именами ассоциируется пробуждение казахского сознания в начале XX века. Последний к тому же является создателем первого в новой истории казахского алфавита на основе арабского письма. Тем не менее, оба они были женаты, нет, даже не на татарках, что в те времена нормально воспринималось исламизированным сознанием казахов, на женщинах русского происхождения. То же самое можно сказать о Мустафе Чокае, выдающемся поборнике казахского, туркестанского традиционализма. То есть для мужчин барьера в форме общественного неприятия смешанных браков не было. После Великой Отечественной войны женитьба на женщинах русско-славянского и европейского происхождения было вполне обычным явлением даже в самых отдаленных казахских аулах. То есть явление стало массовым. Дети, потомки от таких браков, в зависимости от воспитания и среды обитания в одних случаях становились самыми настоящими казахами, а в других - людьми русской, европейской культуры.

А вот казахская девушка, пожелавшая выйти замуж за не казаха (представители таких близкородственных народов, как киргизы, каракалпаки или ногайцы - не в счет), в принципе не могла рассчитывать на одобрение ни со стороны своей семьи, ни со стороны своей общины. Она, конечно, могла настоять на своем. Но при этом девушка уходила в другой мир. Мир, в котором она выросла, оказывался как бы отрезанным от нее. Ибо традиции казахов были и есть таковы, что выданная замуж девушка как бы отдается другой стороне насовсем. Хорошо, если с этой стороной можно поддерживать определяемые сложившимися обычаями отношения. В противном случае эта казашка оказывается как бы полностью отчужденной. А такая перспектива была способна охладить пыл даже самых отчаянных казахских девушек. Ибо, что бы там ни говорили о модернизации казахского общества, принадлежность своей общине и необходимость считаться с ее традициями хотя бы в ключевых моментах жизни продолжает оставаться ключевым фактором, определяющим сознание и поведенческие стереотипы любого казаха.

На фоне привычного дисбаланса общего количества мужчин и женщин женитьба достаточно весомой части казахов на не казашках при невозможности для самих казашек последовать их примеру заметно усугубляла общее положение с категорией казахских девушек на выданье. И неудивительно было слышать, когда какой-нибудь парень заключал брак с девушкой другой национальности, разговоры типа: “Они (эти неказашки) отхватывают, как правило, лучших из казахских парней”. Ситуация за небольшими изменениями оставалась без перемен вплоть до начала 90-х годов, когда пришло время государственной независимости и рыночных отношений. Казалось бы, теперь - особенно под влиянием последствий имевших сравнительно недавно место декабрьских событий - наступит время закручивания гаек в сторону национальных и религиозных традиций. Так, как, к примеру, это происходит в большинстве традиционно мусульманских республик бывшего Советского Союза.

Но применительно к вопросу, который тут рассматривается, мы можем твердо и однозначно сказать, что на деле происходит как раз противоположное. По сути, реальность такова, что резкое увеличение количества смешанных браков казашек с не мусульманами и иностранцами мы можем сейчас смело включать в число значительных перемен, которые произошли с казахским обществом за последние десять лет. Каким окажется воздействие этих новых веяний для традиционалистского общества, покажет время. Ясно только одно: в конечном итоге оно окажется огромным.

Среди иностранных “куйеу бала” (это слово в переводе с казахского языка означает “зять”) казахов превалируют восточноевропейцы, североевропейцы и, как это следует из сообщений в местной прессе, китайцы. Примечательно, что в самом Китае тамошние казашки гораздо реже, чем это происходит здесь, выходят замуж за китайцев. Ибо там, как говорят свидетели, казахское население, несмотря на длительное соседство с коренным населением этой страны, не приветствует браки своих девушек с иноверцами. То есть там превалирует такая мораль, которая была здесь среди казахского населения еще недавно. Следовательно, за последние десять лет с казахским обществом действительно произошло что-то такое, что еще не опознано и не исследовано.

Но, как бы то ни было, нарастание этнически смешанных браков в Казахстане неизбежно. Этому в значительной мере способствует сформировавшаяся атмосфера терпимости к практике создания таких брачных союзов.

Две крупнейшие этнические группы в составе населения Казахстана сегодня - это все так же, как в начале XX века, казахи и русские. Да, с русскими казахи живут в тесном соседстве уже более 100 лет, не говоря уж об отношениях, которые имели место раньше. Казахи хорошо знают русских. Русские столь же хорошо знают казахов. Казахи установление тесных связей между различными родами, племенами, общинами и народами измеряют понятием “кыз алысып-кыз берiсу” (“вводить их дочерей в свои семьи в качестве невесток и выдавать своих дочерей их сыновьям замуж”). В этом смысле казахи и русские в Казахстане - уже давно родственные народы. Процесс их смешения через браки сейчас получает новый импульс.

В условиях XXI века огромное количество смешанных браков в такой стране, как Казахстан, который населяют самые разные этнические группы и который находится на стыке разных цивилизаций и культурно-расовых ареалов должно, видимо, рассматриваться как нормальное явление. Может, это и есть прообраз нашего будущего.

Больше новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

www.zakon.kz

Национально-смешанные браки в Казахстане

Автор: Admin

Комментариев пока нет

В Казахстане, как и во многих странах ближнего и дальнего зарубежья с полиэтническим населением национально-смешанные браки стали распространенным явлением. Если раньше такие браки были характерны, в основном, для европейского, преимущественно восточноевропейского населения нашей республики, то впоследствии они стали встречаться и среди коренного казахского населения, преимущественно среди руководителей и специалистов высшего и среднего звена, интеллигенции и служащих.
В этом несомненную роль оказали контакты между различными этносами, усилившиеся со второй половины XIX столетия в связи с массовым переселением на территорию Казахстана казачества и русско-украинско-белорусского крестьянства, немецких колонистов. Этот целенаправленный миграционный процесс еще больше усилился после установления советской власти в Казахстане. В результате осуществления различных социально-экономических преобразований, вплоть до насильственных, а также массовой гибели казахского населения от голода в 1930-1933 гг. в республике образовался значительный дефицит трудовых ресурсов, который возмещали за счет пришлого населения. Следующее по значимости переселение огромного количества мигрантов совпало со второй мировой войной, повлекшей за собой эвакуацию значительного количества людей из Европейской части бывшего СССР в его восточные регионы, включая Казахстан. Нельзя не сказать и о массовой насильственной депортации на территорию нашей республики, начиная с 1937 по 1944 годы миллионного населения. В их числе были корейцы с Дальнего Востока, курды из Закавказья, поляки и украинцы из Западной Украины и Белоруссии, немцы и калмыки из Поволжья, крымские татары из Крыма, чеченцы и ингуши, карачаевцы и балкарцы с Кавказа. Еще большее влияние на формирование полиэтнического населения нашей реепублики оказало освоение целинных и залежных земель в северных областях республики в 1950-е годы, а также интенсивное строительство промышленных предприятий в Западном, Центральном и Восточном Казахстане в 1950-1970-е годы. Они сопровождались сильным смешением молодежи различных национальностей,, прибывавшей из различных районов РСФСР, Украины и других республик, оказали непосредственное влияние на заключение смешанных браков,


Казахстан в бывшем СССР по числу национально-смешанных браков был на передовых позициях, особенно в сельской местности.
Наши наблюдения, беседы с информаторами, материалы массового этносоциологического опроса населения в разных регионах и областях республики показывают неоднозначное отношение к национально-смешанным бракам или семьям. Во-первых, в этом сказалось влияние этнического состава населения исследуемых регионов. Во-вторых, фактор половозрастного и социально-профессионального состава их насел ения.
Например, в Южно-Казахстанской и Жамбылской областях, где коренное казахское население издавна ориентировано на традиционные ценности и взгляды, включая семей-но-брачные, настроены отрицательно к таким бракам. За их неприемлемость высказались от 50,3 до 53,2% опрошенных казахов (см. таблицу 7,1,1). Данный показатель усиливается по мере увеличения возрастного состава респондентов, а также в среде лиц с невысоким социальным статусом. Так, на наш контрольный вопрос: «Как относятся Ваши родители к тому, что некоторые люди вступают в брак с лицами другой национальности?» в Южно-Казахстанской области от 61,5 до 68,4% опрашиваемых респондентов из числа казахов показали их отрицательное отношение. Идентичное возрастание ответов по сравнению с собственными свойственны и для других контактирующих с казахами этносам. Диаметрально противоположная позиция характерна для европейского населения, особенно русского. В указанных двух областях лишь от 17,7 до 18,9% из них не воспринимают такие браки. Для них самое главное при создании семьи — взаимные чувства и любовь будущих супругов.
По» мере усложнения этнического состава населения наблюдается более терпимое отношение к смешанным семьям. Например, в Енбекшиказахском районе Алматинской области лишь 1/3 опрашиваемых казахов настроены против смешанных браков и столько же проявляют доброжелательность, если молодожены любят друг друга. В южной столице первый показатель среди казахов-горожан составил лишь 19,7%. в то же время свыше 70% проявили толерантность в данном вопросе. Такие же тенденции заметны в ответах респондентов из числа других этносов. Для более углубленного выяснения такого отношения мы уточнили причины отрицательного отношения родителей к национально-смешанным бракам. Например, в г Туркестане и одноименном районе Южно-Казахстанской области к основным из них казахи-респонденты отнесли следующие факторы: а) незнание языка, обычаев и традиций; б) неуважение к ним; в) трудность проживания с ними; г) неуважение родственников. Эти же показатели с теми или иными изменениями отмечены и в ответах респондентов из числа узбеков. Несколько разнятся ответы русских респондентов, среди которых 81,6% указали на значимость перчисленньгх нами первого и второго показателей. Позитивное отношение к смешанным бракам зафиксированы нами и в ответах респондентов Актюбинском и Ко-станайской областей. Здесь не возражают против рассматриваемых браков от 62,5 до 68,6% казахов, от 72,7 до 78,6% русских и от 79,6 до 81,8% украинцев. В то же время и здесь представители старшего поколения, включая родителей респондентов, придерживаются обратного мнения Например, в Барнаульском и Аксуском районах Павлодарской области поддерживают этот взгляд соответственно 44,4 и 66,7%.
Указанные выше причины зафиксированы нами с теми или иными изменениями и в ответах респондентов Павлодарской области. Здесь респонденты вне зависимости от этнической принадлежности придерживались второго и третьего ответов — трудность проживания с ними, а также незнание языка, обычаев и традиций. Предпочтение, моноэтнических браков, как правило, не связано у казахов с национальной замкнутостью в других сферах общения. против рассматриваемых браков от 62,5 до 68,6% казахов, от 72,7 до 78,6% русских и от 79,6 до 81,8% украинцев. В то же время и здесь представители старшего поколения, включая родителей респондентов, придерживаются обратного мнения Например, в Барнаульском и Аксуском районах Павлодарской области поддерживают этот взгляд соответственно 44,4 и 66,7%.
Указанные выше причины зафиксированы нами с теми или иными изменениями и в ответах респондентов Павлодарской области (см. таблицу 7.1.4). Здесь респонденты вне зависимости от этнической принадлежности придерживались второго и третьего ответов — трудность проживания с ними, а также незнание языка, обычаев и традиций. Предпочтение, моноэтнических браков, как правило, не связано у казахов с национальной замкнутостью в других сферах общения.
В целом, проанализированные нами выше тенденции в отношении смешанных браков с теми или иными вариациями совпадают с идентичными исследованиями известных отечественных этносоциологов. Так, по данным З.К. Шаукеновой, количество одобряющих респондентов превышает количество негативно относящихся практически по всем основным этническим группам. По мнению автора, «противоречия и напряжения в этом естественном процессе могут наблюдаться по самым разным позициям. В будущем возможно выделение группы казахов на юге, резко осуждающих своих земляков за стремление породниться с другими национальностями. Возможны и претензии к русским и русскоязычным за их «неразборчивость» в установлении родственных связей.
Но это направление не выйдет за рамки бытового национализма и развиваться, скорее всего, не будет, так как на юге, в условиях количественного преобладания казахов, несомненно, ассимиляция будет происходить с перевесом казахской культуры.
Ситуация на севере несколько иная. Сопротивление казахов смешанным бракам, высказанное в опросе в таких же размерах, как и на юге, обусловлено сильной языковой и культурной ассимиляцией со стороны русского и русскоязычного населения и, по-видимому, в сдержанных формах это нежелание будет проявляться и далее» [Шаукенова, 2002, с.105, 106]
По сведениям Н. Попова в Казахстане и сейчас лишь 10% не одобряют смешанные браки, 25% относятся к ним с одобрением и 64% считают, что «национальность при вступлении в брак не должна иметь никакого значения» [1998,0.149].
Таким образом, проблема отношения к браку с супругом иной национальности не может быть однозначной. Для одних положительный ответ воспринимается как признак нормального состояния межнациональных отношений. Для других, особенно этнических меньшинств, проживающих дисперсно, отсутствие такой избирательности, может привести в течение ряда поколений к этнической ассимиляции.
Тут однозначного ответа не бывает, так как многое зависит от этнической среды, в котором проживают представители того или иного этноса — в большинстве они или в меньшинстве,
Например, для казахов, проживающих в странах ближнего или дальнего зарубежья, это далеко не простой вопрос. Так, по наблюдению Ингвара Сванберга, в Турции в 1970-е годы из 175 брачных союзов казахов -31 (17,7%) были смешанными. Здесь «процессы аккультурации стали настолько очевидны, что многие казахи рассматривают смешанные браки как угрозу существованию национальной группы. Пожилые казахи пытаются использовать свой авторитет для поощрения эндогамных браков. Родители, по всей видамости, еще имеют огромное влияние на своих детей в выборе подходящего спутника жизни».


Считается, что Казахстан всегда отличался высоким уровнем создания национально-смешанных семей в рамках бывшего СССР. Так, по материалам ЦСУ СССР на основе учета актов регистрации браков ЗАГСами всех союзных республик, Казахстан в 1936 г. занимал седьмое место (после Белоруссии, Грузии, Украины, Кыргызстана, Туркменистана и Таджикистана), В указанном году здесь из 41607 зарегистрированных браков на долю национально-смешанных пришлось 5462 (13,1%), в том числе среди городского населения 2010 (17,6%) и среди сельского населения 3452 (11%). Естественно, большинство таких браков пришлось на долю европейского, прежде всего восточнославянского населения. Показатель национально-смешанных браков по республике был значительно выше, чем у коренной казахской национальности — у казахов-мужчин 4,5%, причем казашки вступали в смешанные браки еще реже — всего 0,8%. В основном преобладали казахско-татарские (358) и казахско-русские (272) браки [Борзых, 1984]. В последующие годы удельный вес этнически смешанных семей в республике возрастал. Например, в 1959 и 1979 гг. республика занимала первое место среди сельского населения СССР — 11,9 и 18,2 % и третье во всем населении, соответственно, 14,4 и 21,5%, уступая лишь Латвии и Украине [Население СССР, 1983, с.99]. В сельских районах Казахстана, согласно переписи 1979 г., наибольшая доля национально-смешанных семей отмечается среди малочисленных этносов — у белорусов (61,5%), а также у татар (53,2%) и украинцев (52,6%), почти в два раза она ниже у немцев (27,3%) и русских (23,4%), а у казахов — всего лишь 2,6% [Итоги переписи населения, 1992, с.76-107]. Доля национально-смешанных браков в различных регионах нашей республики не одинакова. Она выше в тех регионах и областях, которые были непосредственно затронуты указанными выше социально-экономическими и миграционными процессами. Поэтому в Северном, Центральном и частично в Западном Казахстане такие браки создавались больше, чем в таких с преобладанием казахского населения южных областях, как Кызылордииская, Атырауская, Южно-Казахстанская и Мангистауская. В последних четырех областях их удельный вес колебался в пределах 3,5-4,9-8,3-9,2%. В то же время в четырех северных областях республики (Костанайская, Акмолинская, Павлодарская, Северо-Казахстанская) удельный вес рассматриваемых семей составил соответственно 35,3-31,8-28,4-27,2%, а в Центральном Казахстане, представленном Карагандинской областью — 27,6%. А в таких областях с достаточным наличием иноэтнического населения, как Актюбинская, Западно-Казахстанская, Жам-былская, Алматинская и Восточно-Казахстанская этот показатель оказался несколько ниже, колеблясь в пределах 18,3— 1.3,5-12,2—11,8%. Во-вторых, смешанные браки встречаются гораздо чаще в городах, по сравнению с сельской местностью. Из 670568 национально-смешанных семей, зафиксированных переписью 1999 г.- 443564 (66,1%) пришлись на городские и 227004 (33,9%) — на сельские [Домохозяйства РК, 2001, ч.З, с.34, 40]. В то же время если в целом по республике было отмечено 18,8% таких семей, то в городе он и составил 20,4%, а в сельской местности — 16,4%.
Динамика национально-смешанных браков. Теперь исследуем поставленную проблему в региональном аспекте, опираясь, прежде всего, на архивные материалы ЗАГСов, начиная с тех, которые отличались высоким уровнем создания сме-шанных браков.
Северный Казахстан. Доля национально-смешанных браков в Павлодарской области, как и в целом в Северном Казахстане, выше, чем в других сельских районах республики, приближаясь к данным городской местности. Указанные браки в 1966-1986 гг. составляли в Баянаульском районе 19,9%, в Ак-суском — 38,3%, в Иртышском — 39,2%, в Щербактинском — 42,2% (см. Приложение А, таблицу 7.2.1), в то время как по данным 1970 г. в сельских районах Молдавии, Кыргызстана, Казахстана и Латвии они составляли 10-17%, а в городах Молдавии, Украины, Белоруссии и Латвии — 25,4-34,1% [Дробюкева, 1981, с.220; Козлов, 1982, с. 126]. Рост смешанных браков был особенно заметен в 1950-1960-е годы как в силу проводимых широкомасштабных социально-экономических преобразований, так и сложившейся этнодемографической ситуации. Начиная с 1970-1980~х годов данный процесс несколько стабилизировался,, так как в них основное участие принимали не только второе поколение бывших мигрантов, но и постоянное население, представленное казахами и другими контактирующими с ними этносами.
В рассматриваемом регионе в зависимости от этнического состава населения, проживающего в указанных районах, наблюдаются различия в уровне заключения отмеченных браков. Так, в полиэтническом Ермаковском и Иртышском районах процент заключения таких браков выше, чем в моноэтническом Баянаульском районе, населенном преимущественно казахами. Такая же ситуация характерна и для Иаур-зумскрго района, где преобладает казахское население и для полиэтнического Ауликольского района Костанайской области (см. Приложение, таблицу 7.2.2). Следует также подчеркнуть то немаловажное обстоятельство, что удельный вес исследуемых браков намного выше в районных центрах по сравнению с обычными сельскими населенными пунктами, не говоря уже о городах. В них больше возможностей для ежедневного общения с представителями других этнических общностей, которое может впоследствии заложить основы будущих брачных отношений.
Западный Казахстан. По данному региону мы располагаем статистическими данными ЗАГСа по г. Жанаозен Мангистауской области (см. Приложение, таблицу 7.2.3). Город, основанный в середине ] 960-х годов как будущий центр нефтедобывающей промышленности, формировался как за счет коренного казахского, так и пришлого населения из различных регионов бывшего СССР, главным образом из Кавказа (Дагестан) и Российской Федерации. Здесь за 1966-1990 гг. из 9968 зарегистрированных браков национально-смешанные составили 2218 (22,2%). Здесь с каждым десятилетием по мере увеличения коренного казахского населения и оттока европейского, прежде всего русских, а также лезгин наблюдается уменьшение удельного веса исследуемых браков.

www.kazportal.kz

Межэтнические браки: достояние республики или угроза национальной безопасности?

На прошлой неделе социальные сети в очередной раз взорвала тема межнациональных браков. Как всегда, не обошлось без ярлыков, обличительства и запугиваний. А кое-кто даже рискнул «заплыть за буйки», позволив себе, по сути, нацистские лозунги о чистоте нации. 

На сей раз поводом стало появившееся в интернете видео со свадьбы казашки и африканца. Конечно, были и те, кто пожелал паре счастья и крепкой любви, но основная масса впала в откровенное бешенство. «Ужас», «Позор», «Казахи стали посмешищем для всех» - самая безобидная реакция на размещенный ролик.

Масла в огонь подлило и интервью интернет-сайту Sn.kz телеведущей Жанат Бахыт. «Куда девались настоящие казахи, наши батыры? Казахи стали смешиваться с кем попало», - возмутилась она, не забыв добавить, что такими темпами «в ближайшие 50 лет мы можем исчезнуть как нация». «Смешивающимся с кем попало» казахам телеведущая поставила диагноз: «манкурты».

Такую ярость в неприятии любви без границ, не обращающей внимания на цвет кожи и разрез глаз, с одной стороны, можно списать на сверхнеожиданности, которые обычно сопровождают процесс поиска национальной идентичности. С другой, любителям навешивать подобного рода ярлыки должно быть, как минимум, стыдно за сказанное. Хотя бы потому, что, называя «манкуртами» и «посмешищем» своих современников, они тем самым вольно или невольно причисляют к «ненастоящим казахам» целую плеяду выдающихся сынов народа, которые немало сделали для сохранения казахской нации, ее этнокультурного кода.

Если оперировать категориями Жанат Бахыт, то «манкуртами» были самые яркие представители движения «Алаш» - Ахмет Байтурсынов, Алихан Букейханов, Мустафа Шокай, Жаханша Досмухамедов. Все они женились на славянках. А Турар Рыскулов? Трое из четырех его жен были русскими. И этот список можно продолжать еще долго – Каныш Сатпаев, Мухтар Ауэзов…

Так кто же на самом деле манкурты – они или мы, либо забывающие о таких фактах, либо, что страшнее, умышленно их отрицающие? И что быстрее поспособствует исчезновению казахов как нации – браки с представителями других рас и этносов или все же махровое невежество и даже мракобесие, в которое нас за руки и за ноги тянут излишне озабоченные чистотой крови «истинные казахи»?

Представляют ли на самом деле межнациональные браки угрозу национальной безопасности, насколько они распространены и почему? Об этом и многом другом наш разговор с историком Нуртаем МУСТАФАЕВЫМ.

- Почему у нас чуть ли не любая интернациональная свадьба, попавшая в сеть, вызывает массу негатива?

- Мы все помним бурю негодования, прокатившуюся в прошлом году по социальным сетям, когда в интернет попало видео под названием «Казашка вышла замуж за китайца». Аналогичную реакцию вызвали и недавние беспорядки в вахтовом поселке Тенгиз, формальным поводом или спусковым крючком к которым послужило провокационное фото казашки-переводчицы и ливийца-араба с сексуальным подтекстом. А несколько лет назад интернет-пользователи и вовсе были готовы стереть в порошок актрису-казашку за билборд фильма, в котором ее героиня целуется с русским парнем. И такой резонанс вполне объясним.

Когда мужчина-казах женится на русской девушке или представительнице другого этноса, наше общество демонстрирует определенную долю толерантности по отношению к такому браку. Люди полагают, что невестка постепенно освоит и воспримет традиции, которых придерживается семья ее мужа, а появившиеся у них дети будут идентифицировать себя казахами, хотя на самом деле очень часто реальность не соответствует этим «общественным представлениям». Но вот если девушки-казашки связывают себя узами брака или имеют длительные отношения с представителями других этносов, то резонанс совсем иной: эмоции начинают зашкаливать, а негодование и возмущение льются рекой. Большинство экспертов объясняют это стандартно - этнографическими (мол, согласно казахским традициям, если девушка вышла замуж за парня другого племени, то значит, она уже не наша – вроде как отрезанный ломоть) или экономическими (как движение в сторону более высокого социального статуса) факторами. Но значение этих факторов в таких случаях, на мой взгляд, не стоит преувеличивать. На самом деле людям не нравится в межэтнических браках совсем другое. Это, если выразиться словами известной песни, то, что «наших девушек ведут в кабинет».

 - Но ведь «вели» и раньше. В советские времена Казахстан был одним из лидеров в СССР по количеству браков, заключаемых между представителями разных этносов. Насколько такие браки распространены сегодня?

- В течение последних пяти лет они составляют в Казахстане около 15,5 процента от общего числа бракосочетаний. Другими словами, каждый шестой брак является межнациональным.

- Какой тренд наблюдается – в сторону увеличения или, наоборот, уменьшения?

- Полную картину дают результаты переписей населения, которые проводятся обычно раз в десять лет. Менее подробная информация содержится в текущих учетных данных, предоставляемых комитетом по статистике. А в целом цифры таковы. В 1959-м доля межэтнических браков в Казахстане составляла 14,4 процента, в 1970-м – 20,6 процента, в 1979-м – 21,5 процента, в 1989-м – 23,9 процента, в 1999-м – 21,4 процента, в 2005-м – 18,8 процента, в период с 2013-го по 2017-й – 15,5 процента. То есть в 1960–1980 годах наблюдался рост количества межэтнических браков, а в постсоветский период, наоборот, шло сокращение.

- С чем это связано?

- С характером межэтнических отношений в стране, политикой государства, властей в этой сфере, с доминирующими настроениями в СМИ и обществе.

Существует ли у нас дискриминация граждан по этническому признаку? Формально, если исходить из норм Конституции и законов, нет. Но на практике – да. Возьмите хотя бы степень доступа к властным, экономическим, образовательным и информационным ресурсам. На начало нынешнего года казахи составляли 67,9 процента населения страны. В ряде регионов этот показатель заметно ниже: например, в Павлодарской области – 52,3, в Акмолинской – 51,3, в Карагандинской – 51,8, в Костанайской – 40,7, в Северо-Казахстанской – 35 процентов. Но сколько в этих регионах вы знаете акимов, полицейских начальников, не представляющих титульную нацию? Их единицы. Среди глав регионов неказахов нет вовсе, среди пятнадцати министров – лишь один…

- Но давайте все же вернемся к теме межнациональных браков. Сегодня вокруг них много вымыслов и домыслов. Одни бьют на то, что дети в таких браках рождаются особенные, другие – на разность менталитетов, культурных традиций, которые, мол, мешают супружеской паре притереться. В чем на самом деле плюсы и минусы таких браков?

- Межэтнические браки – вещь сложная. Это не плохо и не хорошо. Плюс я вижу в том, что дети от таких супругов рождаются красивые, здоровые, способные, обычно билингвы, говорящие, как правило, на двух языках - матери и отца. Но подводных камней тоже немало. Иногда возникают проблемы с этнической идентичностью детей. Молодые люди разных национальностей, вступающие в брак, зачастую не предполагают, что каждому из них придётся как-то совмещать, понимать и принимать традиции, обычаи и, по большому счету, систему ценностей другой этнической группы. Поэтому нередко возникают трения по разным поводам, начиная с того, как провести свадьбу, назвать ребенка и заканчивая выбором школы с тем или иным языком обучения. Словом, в межэтнических браках, как, собственно, и в любых других, есть и плюсы, и минусы. Но здесь они свои, и каждая пара, решающая создать такой союз, сама решает, готова ли она к такому браку.

- Являются ли, на ваш взгляд, смешанные браки угрозой национальной безопасности?

- Никакой угрозы национальной безопасности я здесь не вижу. Сама такая постановка вопроса (я понимаю, что она взята из соцсетей) – нелепа. Да, сегодня многие пророчат наступление в ближайшие десятилетия моноэтничности Казахстана и подспудно хотят полной казахизации. Но они забывают о главном, о том, что полиэтничность – не угроза, а благо, дополнительный ресурс для страны. Можно даже сказать, что это – достояние республики. Приведу один пример. В годы Второй мировой войны радисты ВМФ США были из племени навахо и вели переговоры на родном языке, благодаря чему немецкие разведчики так и не смогли «расшифровать» переговоры радистов американских подлодок. Да и Советский Союз победил в той войне нацистскую Германию благодаря русским, украинским, казахским парням, представителям многих других национальностей.

- Какой, по вашим прогнозам, будет тенденция в ближайшей перспективе: скажется ли негативное общественное мнение на количестве смешанных браков, или же для истинных чувств нет никаких преград?

- Межэтнических браков будет всё меньше и меньше. Достаточно посмотреть динамику 1989-2018 годов. Казахи и казашки не очень желают вступать в союз с представителями других национальностей. Да и русские, представители других этнических групп вовсе не стремятся породниться с казахами.

Вообще, сокращение количества межэтнических браков – очень чёткий индикатор возрастающей этнической (межэтнической) дистанции. Это означает, что в нашей стране растёт отчуждение между людьми разных национальностей. Тенденция к обеднению этнического многообразия будет продолжаться. Но в обозримом будущем, скажем так, до середины XXI века (что будет дальше, не знает никто) Казахстан будет оставаться полиэтничным. В республике будут нормально жить и взаимодействовать казахи, русские, узбеки, уйгуры, украинцы и все другие этносы. К сожалению, власти и раньше, и сейчас идут на поводу у так называемых национал-патриотов. Когда-нибудь они об этом горько пожалеют. Возможно, очень скоро.

camonitor.kz

Казахстанцы, которые взяли в жены иностранок, о том, в чем плюсы интернациональных браков

Межнациональные браки всегда вызывают большой интерес и бурю обсуждений, а иногда - и осуждений. Weproject.kz побеседовали с казахстанцами, которые взяли в жены представительниц других национальностей. Предлагаем вам узнать их рассуждения.


Акниет Турганали, 25 лет, родной город — Караганда, международные отношения

Страна проживания: Анкара, Турция

Я приехал в Турцию в 2010 году, чтобы поступить в университет. С будущей супругой мы учились на одном факультете, только она была на курс младше. Мы познакомились, когда она добавила меня в друзья на Facebook, потом мы несколько раз виделись в университете, начали общаться.

Я не думал о том, что женюсь на иностранке. Я планировал вернуться домой после окончания университета, поработать в Казахстане и потом заводить семью. Но планы поменялись: мы были друзьями, потом начались более близкие отношения. Я был на четвертом курсе, и мама подтолкнула меня на то, чтобы посмотреть на отношения серьезнее. И я решил, что если есть человек, с которым мне хорошо, который меня понимает, то не нужно искать никого другого. Через полгода я дал ей понять, что мои намерения серьезные.

Когда я только приехал в Турцию, я был против того, чтобы заводить здесь семью. Но сейчас я понимаю, что нет никакой разницы в том, какой вы нации — главное, любить и понимать друг друга. Во время учебы я много путешествовал, ездил в Америку, Европу, Египет. И когда узнаешь больше стран и культур, уже не смотришь на национальность, а обращаешь внимание на другие вещи.

Я работаю в Турции, и мы оба учимся. Жена занимается домашними делами. Я люблю турецкую кухню, но казахская кухня мне ближе, поэтому жена готовит и то, и другое. Турки не едят конину, и мне приходилось привозить ее из Казахстана. Но моя жена как настоящая казашка любит блюда из конины и особенно кумыс.

У наших народов есть традиции, которые непривычны мне или моей супруге. Но мы не спорим по этому поводу, решаем все мирно, расставляем приоритеты. Например, у турков есть традиция целовать руку старшим, особенно во время праздников. И это было для меня странно, в нашей культуре этого нет, и ее семья это приняла. В то же время у казахов есть традиция «салем беру». Я дал понять, что для меня это важно, и она научилась это делать. Жена понемногу учит казахский язык и хочет выучить русский.

Между казахской и турецкой культурами не такая большая разница, наши языки похожи, у нас одна религия. Единственное, на нашу культуру большое влияние оказал Советский Союз, а на Турцию — арабский мир и Европа. И это проявляется в некоторых неожиданных моментах. Например, в Турции между собой могут пожениться двоюродные братья и сестры. Для нас это странно, у нас есть жеті ата. Еще турки очень ревнивые.

Когда мы задумываемся о детях, мы хотим прийти к компромиссу. Например, дадим детям такие имена, которые имеют определенный смысл и на казахском, и на турецком. Мы постараемся взять самое лучшее из обеих культур. Главное, чтобы наши дети знали, что они и казахи, и турки, и уважали обе культуры.

Я думаю, что в интернациональном браке много преимуществ. Ты учишься понимать и принимать других людей.

Пока мы планируем жить в Турции. Но в любом случае, в будущем мы приедем в Казахстан, потому что это моя Родина.

Даурен Асрымбетов, 31 год, родной город — Тараз, предприниматель

Страна проживания: Остин, штат Техас, США

Я переехал в США в 2006 году, в 18 лет. У меня не было в планах оставаться здесь надолго, я просто хотел приехать в США на лето. Но мне понравилось, поэтому я решил закончить образование в США. Мне хотелось взять жизнь в свои руки, я не хотел зависеть от родителей. А в Америке я мог учиться и при этом хорошо зарабатывать, помогать родителям. Тогда, в 2007 году, я зарабатывал примерно 3500 $.

Я поступил в университет и переехал в США. После окончания мне предложили работу в дилершипе, там нужны были люди, которые могли помочь с продажами автомобилей и налаживанием организационной структуры. Именно там я встретил свою жену Стефани. Она пришла к нам в качестве клиента, мы познакомились, начали общаться, обменялись номерами. Тогда я держал оразу и позвонил ей только через две недели. Она посмеялась надо мной, что я ждал столько времени. Еще при встрече перед рестораном она меня не узнала, прошла мимо. Оказывается, она не запомнила меня как азиата, не думала об этом.

Она оказалась удивительным человеком, и мы начали встречаться. Я и не думал, что в будущем у нас будет семья. Хотя понимал, что у нас все серьезно. Мой папа говорил, что нужно выбирать такую жену, которая будет поддерживать. И я ощутил в ней эту силу. Со Стефани у меня было ощущение, что мы равны, говорим на одном языке.

Мы встречались, и внезапно я узнал, что мой отец умер. Я собрал вещи и на следующий день вылетел домой. Пока я был дома, мы постоянно общались, поддерживали друг друга. Мы решили, что она может прилететь ко мне в Казахстан, чтобы познакомиться с моей семьей. Помню, что она была в шоке, когда мы ехали на поезде из Алматы в Тараз. Когда она познакомилась с моими родными, никто из них не знал английский, и я был для всех переводчиком. По итогу моя семья была в восторге от нее. Она проявила себя достойно, помогала маме и сестренке.

После этого я устроился работать в Алматы. И когда она прилетела ко мне во второй раз, я решил сделать ей предложение. Мама поддержала меня в этом решении. Так появилась наша семья.

Конечно, между нами много отличий. Она родилась в Калифорнии, в большом доме с бассейном, ее папа успешный предприниматель, мама всегда дома. В их семье четверо детей, у нас тоже четверо, но картина совершенно другая. Наш бассейн — это речка в ауле. И таких отличий много, но дело не в них, дело в целях. У нас больше общего и схожие цели, и это нас объединяет. Например, мы хотим, чтобы наш сын Муса был президентом и даже больше, хотим воспитать его достойно.

Нашему сыну скоро исполняется четыре года. Когда он родился, за ним присматривала бабушка из Южной Америки, и он начал немного понимать на испанском. Потом мы отдали его в хорошую школу, где его учат считать и читать. Пока мой сын говорит только на английском. Но я думаю, что человек может в любой момент выучить новый язык. Я не знаю, что он выберет в будущем: может быть, это будет русский, может, китайский, а, может, казахский. Я не хочу решать за него.

Если честно, мы оба не очень традиционные люди. Моя жена по национальности еврейка, ее родители эмигрировали в США в конце 19 века из Белоруссии и России. И несмотря на то, что ее родители традиционные, она не такая. И у меня то же самое. Мы можем просто собраться и пойти в ресторан в честь Наурыза, например. Или если я скажу, что сегодня какой-то особенный день, она спросит, что ей можно приготовить, найдет рецепт и попытается это сделать.

Мы оба любим работать и не думаем о том, что у нас разная культура или менталитет. Мы хорошо друг друга знаем, стараемся поддерживать. Я думаю, что в интернациональном браке много преимуществ, ты понимаешь, как живут другие люди, взгляды на жизнь становятся шире. Мы принимаем точки зрения друг друга, потому что у каждого есть причины поступать так или иначе.

Мне не принципиально, где жить. Я живу там, где мне комфортно на данный момент. Возможно, в будущем я вернусь в Казахстан, но сейчас мы планируем переехать поближе к океану.

Али Абдыгали, родной город — Алматы, предприниматель

Страна проживания: Кобе, Япония

Я учился в Китае, и моя будущая супруга была моей сокурсницей. Так получилось, что мы начали общаться, но я даже не думал о том, что свяжу судьбу с этой девушкой. Но постепенно общение переросло в серьезные отношения.

Мы общались, дружили, и после окончания учебы я уехал в Казахстан, потому что мне предложили работу. Пока я жил в Астане, мы продолжали общаться, я приезжал в Китай, она приезжала ко мне, и некоторое время мы поддерживали связь на расстоянии.

В итоге мы решили, что можем создать семью. При этом мои и ее родные были против интернационального брака. Мои родители смирились с этим только пару лет назад. Они переживали, что японцы — это совершенно другая культура и традиции, мама не понимала, как мы будем воспитывать детей, переживала, что они не будут знать свои корни. Но я верю в судьбу и не мог противиться ей.

Я востоковед и изучал культуру Китая и Японии, но никогда не думал о том, что перееду жить в одну из этих стран. В первое время у меня был культурный шок, здесь все было по-другому. В Японии не принято фамильярничать, у всех есть личное пространство. Японцы гостеприимные, но ценят свободу. Еще японцы не торопятся заводить семьи, женятся и выходят замуж после 30, заводят обычно одного или двух детей. Я заметил, что за время, что я здесь живу, иностранцев в Японии стало больше. Поэтому я не скажу, что мой случай единственный. Японцы относятся к интернациональным бракам нормально.

Жить в Японии тяжело, потому что тут совершенно другая культура. Психологию людей в Японии сложно понять даже восточным людям. Но я думаю, если живешь в другой стране, то нужно уважать чужие стандарты и традиции.

В нашей семье мы совмещаем японские и казахские традиции, отмечаем национальные праздники. За всю готовку отвечает жена, у нее это получается лучше. Она японка и тщательно следит за нашим меню, потому что японцы любят здоровую пищу.

Надо признать, что 80 % воспитания детей идет от матери. Но я стараюсь давать детям свое воспитание, так же, как мой отец. Мои дети знают жеті ата, знают, где их Родина. Они знают казахский, японский, китайский и английский языки. У нас с женой не было сложностей и недопониманий, которые связаны с культурой. У нас все в гармонии.

Я замечаю, что казахстанцы стремятся уезжать за рубеж, хотят сменить место жительства. Я не осуждаю никого и не имею на это права, потому что я и сам эмигрант. Но у меня никогда не было цели жить в Японии, так сложилась судьба. Несмотря на то, что я живу в другой стране, стараюсь внести вклад в жизнь Казахстана. Мы с партнерами открыли перепелиную ферму, которая работает до сих пор.


ztb.kz

«В Казахстане проблема межнациональных браков важнее, чем коррупция и социальная несправедливость»: обзор казахскоязычной прессы (22-29 июля) - Новости

Медиа-портал Caravan.kz предлагает вашему вниманию традиционный обзор казахскоязычной прессы.

Отучившиеся в России североказахстанцы не хотят возвращаться на родину

На заседании градостроительного совета Петропавловска прошло обсуждение демографических данных, передает портал Qamshy.kz. В частности, отмечено, что численность населения областного центра Северного Казахстана в 2050 году увеличится с 220 тысяч до 320 тысяч человек. По мнению автора, исходя из реального положения дел, эти цифры вызывают большие сомнения.

Петропавловск - единственный областной центр в стране, теряющий население в течение последних 30 лет. Также население города составляет большое количество людей пожилого возраста и минимальное количество детей и молодежи. В этом году естественный прирост населения в городе едва превышает 300 человек, а сальдо миграции показывает отрицательный показатель и в два раза превышает первый показатель. Все это происходит с учетом программы переселения людей с юга нашей страны на протяжении пяти лет.

Не в первый раз в городе и области наблюдается высокая внешняя эмиграция и переезд граждан в другие регионы. Несколько лет назад в некоторых районах области количество выпускников средней школы, поступивших в российские вузы, составило  70 процентов. На сегодняшний день это число повысилось до 80 процентов. При этом большинство североказахстанцев, окончивших российские институты, не возвращаются в страну.

«В таком случае какова может быть демографическая перспектива города, где не прекращается отток населения и имеются проблемы в естественном росте?» - задается вопросом автор.

В алматинских автобусах перестали уважать казахский язык

Портал Аbai.kz, ссылаясь на публикацию на странице Facebook Заманбека Абдешева, затронул проблему многочисленных недостатков в общественном транспорте города Алматы и пригородных поселков. Всем нам известна древность пригородного транспорта, так же как и работа водителей и кондукторов, которые часто подвергаются критике. Но, по мнению автора, есть и другие аспекты.

Как оказалось, Заманбек - частый пассажир автобуса № 65. По его словам, до недавних пор записи, озвучивающие названия остановок, были на казахском и русском языках. Но в последнее время казахский язык с записей пропал, оставив объявления только на русском языке. Иногда слышны отрывки слов "көшесі" (улица), и далее все на русском.

«Я решил спросить у водителя автобуса, оказалось, он сам казах. Парень ответил, что нынче так сделали во всех автобусах. Это что за наглость?! Не считается ли это неуважением к казахскому языку и казахской нации?! Акимы, конечно, не сидят в общественном транспорте, но им бы следовало иной раз проверять и порядок в общественном транспорте, дабы не допускать таких нарушений», - пишет автор поста.

Заманбек Абдешев считает, что не сообщать названия остановок в общественном транспорте на казахском является проявлением неуважения к государственному языку. По его мнению, к ответственным лицам, допустившим это, следует принять соответствующие меры.

«В Казахстане проблема межнациональных браков важнее, чем коррупция и социальная несправедливость»

Портал Аlashainasy.kz затронул тему межнациональных браков в Казахстане, ссылаясь на страницу в Facebook Камшат Тасболатовой.

«Когда казахи научатся не совать нос в чужие дела? Является ли национальной трагедией свадьба одной казашки с иностранцем, когда по стране сотни девушек в год подвергаются насилию и издевательствам - задается вопросом автор в начале публикации.

По её мнению, социальная ситуация в стране осложняется. И в первую очередь нам нужно бороться не с последствиями, а с самими причинами.

«Гражданам этой страны не важно, будет ли статья за изнасилование в Уголовном кодексе отнесена к категории тяжких преступлений, начнут ли сажать коррупционеров на долгие годы в тюрьму, вместо того чтобы выпускать их за штрафы. Им гораздо важнее, чтобы девушки, выходящие замуж за иностранцев, и их избранники платили штраф государству за то, что захотели пожениться. Вот таким товаром, который облагается налогами, являются женщины в этой стране», - заявляет Камшат Тасболатова.

Автор также добавила, что не является сторонницей тенденции выходить замуж за иностранцев и лиц других национальностей. Но, как юрист по образованию, отметила, что за публичное оскорбление и угрозы можно понести наказание по Уголовному кодексу.

«Нет социальной, расовой дискриминации. Где ваша этика? Где наша высшая культура? Если не хотите, чтобы девушки уходили с иностранцами, создайте хорошие условия в стране, где олимпийские чемпионы не будут погибать при свете дня, защищая свое имущество, где девушек не станут насиловать, а коррупционеров отпускать из тюрьмы за награбленные деньги, а педофилы не станут насиловать детей. Создайте страну, где солдаты не накладывают на себя руки, а военные склады не взрываются», - подытожила автор.  

Казахи, не знающие казахского языка, похожи на бездушных роботов

На портале Qamshy.kz опубликованы рассуждения на тему места русского языка в Казахстане.

«С каждым днем все более очевидным становится тот факт, что  русский язык не дает нам возможности процветать, а русифицированное сознания тянет нас к регрессу», - начинает автор.

Как подчеркивается в материале "русскоязычные казахи - словно бездушные роботы". Многим из них чуждо милосердие. По мнению автора, причина тому то, что из человека было выдернуто его исконно казахское нутро и вместо него заложено новое, инородное сознание.  

«Не говоря уже о несовпадении языка внешнему биологическому телу и насильственном привитии чужого мировоззрения. В биологическом отношении в одном казахском теле идет борьба между двумя сознаниями. Первое - слабое «казахское сознание», второе - сильное «русское сознание». В этой борьбе долгое время берет вверх «русское сознание», - считает автор публикации.

По его мнению, все это приводит к потерянным людям, которым чужд патриотизм и ничего не стоит растоптать и продать родину, национальные ценности. Также есть определенный пласт элиты, который вовсю пытается не отпускать русский язык. И делают это далеко не от большой любви к народу и стране, прикрываясь тем, что это международный язык и многие его понимают, пытаются доказать его пользу, не понимая, что для нашей страны он уже полностью себя изжил.

Перевод материалов отражает лишь точку зрения оригинала и не имеет ничего общего с позицией медиа-портала Caravan.kz

www.caravan.kz

Межнациональные браки испытываются на прочность

КРЕПКИ ЛИ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЕ СЕМЬИ?

Одни говорят, что такие семьи часто распадаются. Однако, пары, вступившие в смешанный брак считают, что «интернациональные» семьи способствуют снижению межнационального напряжения в обществе.

Три года назад Айдар, казах по национальности, женился на Анне. По словам Айдара, новость о женитьбе на русской девушке из Алматы его семья, проживающая в Южно-Казахстанской области, встретила не совсем радужно.

"По большому счету, у меня мама всегда настаивала на том, чтобы я женился на казашке или, по крайней мере, на мусульманке.

Когда я привел свою будущую жену – она была ещё просто моей девушкой – познакомиться с мамой, то мама, конечно, не была в восторге. Потому что совсем иной уклад, другая ментальность, восприятие иное, все совсем по-другому. Тем более, что мы южане. У нас даже на уровне севера, востока и юга Казахстана отличаются взаимоотношения".

Несмотря на нежелание матери Айдара принять Анну в качестве невестки, свадьба все же состоялась. Спустя некоторое время свекровь приняла Анну в свою семью. Более того, из-за отсутствия родной дочери она полюбила невестку как дочь, рассказывает Айдар.

"Естественно, бить поклоны не заставлял, в пять-четыре утра вставать и делать все соответственно традициям тоже. Однако традиционных вещей, которые ждет мама от своей снохи, все-таки не было. Ну что же, раз сын выбрал, так выбрал, что же теперь делать. Какая есть, такая есть. Но в любом случае, моя мама очень полюбила мою супругу и, естественно, благословила. Все это в итоге прошло достаточно гладко и мягко".

"Так как брак был заключен по любви, то изначально я не подумала о некоторых особенностях межнационального брака", - говорит репортеру радио Азаттык жена Айдара - Анна.

"Для меня мой супруг оказался вообще мостиком в иной мир, совершенно другой, непонятный. Другие ценности для меня, совершенно невообразимые. Во-первых, он у меня, получается, с юга Казахстана. Все мы знаем, что у них достаточно специфические подходы ко всему. Начиная от того, как, допустим, необходимо пить чай, сколько необходимо пить чай, совершенно другое отношение ко взрослым людям, совершенно другая кухня, совершенно другой строй жизни".

Наблюдатели отмечают: женщине европейской национальности, которая собирается выйти замуж за мужчину-мусульманина, следует еще до вступления в брак обсудить с будущим мужем то, какие его пожелания она сможет принять.

Некоторые трудности в этом плане возникли и у Анны после свадьбы с Айдаром.

"Самое непривычное для меня было то, что мама наша, мужа мать, решила вообще на какой-то момент подарить мне халат для того, чтобы я гостей в нем встречала. Но это было сделано немножко в шутливой форме, но в каждой шутке есть доля шутки. То есть говорила, будешь выходить, чай им подавать в этом халате. Но это было для меня очень непривычно и необычно".

Родители Анны – православные христиане. Они с настороженностью отнеслись к решению дочери выйти замуж за мусульманина. Спустя некоторое время они согласились даже с тем, чтобы Айдар и Анна сделали «никях» – мусульманский обряд бракосочетания – перед тем, как официально зарегистрировать отношения.

Айдар и Анна говорят, что в будущем они планируют завести много детей. Однако пока они не обсуждали вопрос воспитания детей. Хотя вопрос, связанный с вероисповеданием детей, часто возникает в межнациональных браках.

"В свое время муж предложил – я не знаю, шутил он или не шутил, – детей сделать мусульманами. Я вообще космополит, я против какой бы то ни было религии. Я за то, чтобы ребенок сам выбрал, когда он вырастет. Традиция будет, конечно, культурная. Но, скорее всего, в нашей семье, учитывая, что мы все делим, – в нашей семье получится, что он будет носителем и казахской и моей культурной традиции".

В свою очередь, Айдар считает, что их общие с Анной дети должны знать язык и традиции отца.

"Думаю, что было бы неплохо, если бы дети в будущем смогли пожить у моих родственников в одном ауле, другом ауле, выучили бы казахский язык. Нужно, чтобы дети знали, откуда ты, кто ты, нужно знать всех своих родственников. Это очень важно, я считаю".

Несмотря на то, что у этой супружеской пары мнения в части воспитания детей расходятся, Айдар и Анна считают, что межнациональный брак интересен. В межнациональном браке идет проникновение разных культур, религий и ценностей, считают они.

ЭКСПЕРТЫ СКЕПТИЧЕСКИ ОТНОСЯТСЯ К СМЕШАННЫМ БРАКАМ

Казахстанское общество пока не готово к межнациональным бракам, говорит репортеру радио Азаттык Ляззат Ишмухамедова, руководитель ассоциации женщин «Молдир». По ее словам, в Казахстане не так уж много межнациональных браков, как приводят некоторые эксперты.

"Мне кажется, все-таки очень сложно увязать такие культуры, как, допустим, традиционно казахскую культуру с традиционно русской культурой. Это очень сложно, и люди к этому не готовы. Конечно, чувства в какие-то рамки невозможно вложить, то есть можно влюбиться в любого человека, любой национальности. Допустим, в казахских семьях родившимся мальчикам делают обрезание, русские женщины не могут принять такой обычай, такой обряд. Возникают какие-то конфликтные ситуации".

По мнению Ляззат Ишмухамедовой, подобные конфликты в межнациональных семьях часто приводят к разводу уже в пожилом возрасте супругов.

"Я встречала несколько женщин уже в возрасте. И у них был межнациональный брак, и они разводились потому, что уже не понимали друг друга. Молодой возраст, эйфория, все это уже проходит. И остаются обыденные дни, когда человек понимает, что он совершенно живет одиноко в этой семье. И понимает, что нет этого единства.

И многие женщины и мужчины говорят, что я женился и сделал большую ошибку, что женился на женщине другой национальности или вышла замуж за мужчину другой национальности. Уже к такому зрелому возрасту – к 40–45 годам – люди начинают понимать, что они сделали какой-то опрометчивый шаг. Люди одной веры, одной культуры – им легче жить, чем людям разного вероисповедания и разных культур.

Эксперты отмечают, что ещё с советских времен в Казахстане было больше межнациональных браков, чем в других республиках Центральной Азии. Тенденция была такой, что молодые парни-казахи женились на девушках другой национальности.

В настоящее время в Казахстане часто встречаются семейные пары, в которых жена – казашка, а муж – другой национальности. Ранее такие браки были крайне редкими. В казахстанских СМИ пишут о том, что казашки выходят замуж за европейцев, американцев, китайцев и так далее".

Один из таких браков был заключен между корейцем и казашкой шесть лет назад в Балхаше. Их родители были против этого брака. Сегодня Юрий и Толкын говорят, что их семья несильно отличается от семейных пар, в которых муж и жена – представители одной национальности. "Каждый человек твердит о преимуществе своей нации, культуры и вероисповедания, но для нашей семьи более важны общечеловеческие ценности", - говорит Юрий.

Сейчас у Юрия и Толкын подрастает пятилетний сын.

"Звать Алишер, фамилия Ли, отчество… ну интернациональное короче. Пока просто языки, он хорошо русский и казахский понимает и говорит, - говорит Юрий Ли".

Он отмечает, что сын сам выберет религию, когда подрастет.
Юрий и Толкын Ли говорят, что поддерживают рост числа межнациональных браков в Казахстане. По их мнению, это может способствовать сокращению конфликтов среди представителей разных национальностей, проживающих в Казахстане.

Дильбегим Мавлоний, специально для программы «Перекресток» из Алматы

rus.azattyk.org

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх